Элита против Дворняг

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Элита против Дворняг » Частные дома » Дом №5. Персиваль Вестминстер Эль Ганг и Теодор


Дом №5. Персиваль Вестминстер Эль Ганг и Теодор

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Дом Персиваля представляет собой одноэтажное здание, которое не столь примечательно внешне, сколько просто согревает изнутри одним лишь своим видом. Небольшое сооружение, имеющее пристройку в виде гаража, где хозяин оставляет транспортное средство и любит проводить свободное от ухода за Персивалем время. Почти весь двор украшен всякого рода цветами, которые придают строению более изысканный вид, однако не нуждаются в кропотливом уходе. Да и в целом элементов декора достаточно, чтобы заставить гостя подумать, что он на секунду попал в сказку. Впрочем, никто этого и не исключает. Подобная вычурность придаёт дому лишь больше изящества, а небольшой бассейн уместно дополняет картину.
Внутри же эта скромная обитель предстаёт в совсем ином виде. Современность и веяние нынешних  технологий не обошло это место стороной, несмотря на весь его непримечательный, в плане финансовых затрат, вид. Внутри царит комфорт, местами даже роскошь, уют и, несомненно, все средства для существования. Так уж вышло, что скупившись на большой загородный особняк, достаточно обеспеченный хозяин пса вложил деньги больше в содержимое, нежели в красивую обёртку, таким образом, создав для себя место, где было бы приятно провести время и успокоить душу.

http://s8.uploads.ru/o45cy.png

+1

2

Начало игры

В округе стояла тишина. Было слишком рано для того, чтобы жизнь в этом тихом и маленьком квартале начала свою активную деятельность. Трава всё ещё оставалась нетронутой, ровной, сохранившей на себе капли утренней росы, что постепенно начинали исчезать. На улице не было ни одной души, лишь изредка можно было увидеть какое-то движение на деревьях, но то были птицы, неохотно чистившие свои перья и постепенно заводившие до ужаса знакомые, но оттого не менее прекрасные мелодии. Светило лишь поднималось над городом, освещая каждым своим лучом всё, до чего могло добраться. Его прикосновение было настолько тёплым, что природа вокруг начинала просыпаться с невероятной скоростью.
Так, когда в окно одного из небольших домиков, оформленных по-домашнему уютно, постучался первый отголосок утра, лежавший на своей немалых размеров подстилке, пёс лениво приподнял ухо, словно бы ощущая и слыша тот самый звон, когда солнечный луч встречается с оконным стеклом. И так было каждое утро. Животное наслаждалось моментами, когда всходило солнце, не спеша, как бы говоря о том, что торопиться некуда, нужно наслаждаться жизнью. Тогда Персиваль, именно так звали это существо, потягивался, вытягивая вперёд сначала длинные передние лапы, а затем задние, открывая пасть в зевке. По своей породе он был русской псовой борзой. Существом, предназначенным для охоты или выставок, где, так или иначе, было необходимо показать свою грациозность и изысканность, уточённые манеры и всякое подобное. Не было ничего удивительного в том, что пёс ныне проживал в прекрасных условиях, считая их подобающими для своей важной персоны. И никак иначе.
Однако глядя на Персиваля, сразу было легко понять наличие прекрасной родословной. Ярко-выраженные черты породы виделись невооружённым взглядом, а изысканность и утончённость характера лишь разжигали в нём ту изюминку, что украшала всё животное, находившее высокое мнение о себе. Не обделено оно было и чувством прекрасного, наслаждаясь тем, как на фоне мёртвой тишины слышалось пение птиц. Это была невероятная релаксация для души и такое прекрасное успокоение нервов, возможность поддержать себя в форме, что псу хотелось наслаждаться этим вечность. И только лишь потому, что возможности прогуляться на улицу, пока входная дверь заперта, у Персиваля не находилось, он не спеша, плавно, аккуратно переставляя одну лапу за другой, пошёл к большому окну, что с вечера было зашторено не полностью. Так, в этом небольшом участке открытого стекла, он увидел всё тот же обычный, привычный ему пейзаж, включающий в себя сплошь зелень и лужайку, как свою, так и соседей, но оттого не менее привлекательный. В первых лучах солнца всё смотрелось куда иначе, нежели днём, когда светило находилось бы в своём зените. Тогда это будет неинтересно, чего нельзя сказать о нынешнем виде.
Но и прохлаждаться у окна длительное время было бы слишком глупо. Утро наступило, значит, самое время будить и своего дорого Джонатана, у которого сегодня был выходной и который совершенно забыл о том, что необходимо кормить любимца в такую рань. Именной по этой причине Персиваль, гордо подняв голову и выровнявшись во весь свой немаленький рост, направился в спальню к хозяину. Дверь была не закрыта, мужчина всегда так делал, чтобы его подопечный мог в любую минуту навестить его. А так как пёс обладал хорошими манерами и был воспитан как подобает настоящему джентльмену, он тихо и спокойно вошёл внутрь, не наскакивая на проспавшего его завтрак индивида, не потянув его за руку или за ногу, а лишь аккуратно дотронувшись холодным носом до щеки. Как правило, после нескольких попыток человек просыпался, однако сегодня всё пошло не по плану, что немного огорчило Персиваля. Взгляд его стал чуть более сердитым, а само животное, как оно посчитало, решило предпринять крайние меры. Кобель осторожно запрыгнул на кровать, где ему не положено находиться в принципе, всем своим телом устроившись на человеке, решив взять его своей весовой категорией. Может, она была и не слишком велика, однако для того, кто за несколько минут ворочался во сне чаще, чем пёс за всю свою ночь, этого было достаточно, чтобы вызвать крайний дискомфорт. Так, в конце концов, хозяин всё же проснулся, а Персиваль, голодный и гордый собой, важно направился вслед за ним на кухню.
Свою трапезу пёс растянул на долгое время, тщательно пережёвывая пищу, якобы она лучше усвоилась, совсем не думая о том, что время за этим занятием летело молниеносно. Его рацион был не так разнообразен, как у уличных дворняг, однако корм, которым он питался, содержал в себе много полезных и натуральных ингредиентов, а потому был весьма полезен для растущего организма, который в свои годы имел и без того выдающийся размер. Стоит Персивалю лишь слегка подрасти, и равных ему не будет, в этом он был уверен. Прекрасный вид заставлял пса гордиться собой, а сытый желудок – направиться обратно в комнату, чтобы немного побаловаться с игрушками и поупражняться в оттачивании ораторского мастерства.
Так, в течение часа кобель сидел перед окном, улавливая своё отражение, стараясь отчётливо произносить фразы, выговаривая определённые слова и восхищаясь собой. Следом последовал даже небольшой монолог, в котором Персиваль решил закрепить своё умение, представляя себя кем-то определённо важным и стоящим.
- Я – Персиваль, - проговорил пёс, начиная речь. – Нет, всё не то, всё должен быть не так, совершенно не так… - он замялся, начиная сначала, не удовлетворившись тем, как была произнесена фраза. – Итак. Моё имя – Персиваль. Дамы и господа… - в своих мыслях и фантазиях этот пушистый белый комок шерсти находился где-то на выставке, пытаясь представить себя должным образом, показать, что высший свет ему по зубам и всё, что творится вокруг – не должно его смущать.
А тишина, царившая сейчас по всей округе, была лишь кстати, позволяя более точно иллюстрировать ситуацию, настроиться на нужный ритм, усмирить сердцебиение и успокоиться. Однако это была лишь тренировка, не несущая ничего, кроме пустой траты времени. О будущем же думать Персивалю не хотелось, понимая, насколько туманным и неизвестным оно может быть.

Отредактировано Персиваль (2015-04-04 13:04:54)

+2

3

Ранее утро - прекрасное время для шалостей. Маленький "кошмар" на четырех лапах уже открыл голубые глаза. Это маленький Альфред. Совсем недавно он начал проживать в этом огромном доме для щенка с хозяином и своим сородичем. Уже успел что-то натворить, за что после его наказали. Альфи был недоволен, но, перед своими шалостями, знал, что ему и так не избежать гнева человека. Но сейчас не об этих маленьких глупостях, которые каждый день творит любой щенок.
Давайте лучше поговорим о новых знакомых. Кажется, нового двуногого друга зовут Джонатан, а белого пса-гиганта - Персиваль. Человек не мог не радовать, ибо был добр и хорошо обеспечен. Пусть у него не огромный особняк на море, зато у него есть уютный домик, в котором приятно находиться каждую секунду.
Большой, белый, немного заносчивый и важный, зато сама уникальность. Думаю и так ясно, что сейчас речь пойдет о Персивале. Альфред ещё не встречал таких собак, которые ходят на выставки и мечтают прославиться среди людей и других четвероногих. Интересно будет сходить на такое мероприятие и посмотреть на то, как белый пес применит свои манеры и нагло вырвет победу у ещё более заносчивого и нагловатого пуделя. Почему же именно пуделя? Просто Альфи уже встречал эту "наполовину побритую собаку". Они ничего хорошего обычно не приносят, лишь виляют своим жалким хвостом, на котором только какой-то шерстяной шарик. Тот пес, которого встретил щенок, носил дорогой ошейник и имя Принц. У него была стрижка континенталь и просто ужасный характер. Он все время говорил о чем-то непонятном и глупом. Какие-то красивые самки, которые были окрашены в самые разные цвета. Одна из них даже забрала победу у Принца. Поэтому после пяти минут скучного общения Альфи убежал от "самого модного пса" (так про себя говорил сам пудель) и начал избегать их. Персиваль же не был таким. Кажется, ему главное просто выделиться из толпы, а не все время стоять на пьедестале, как статуэтке, и привлекать внимание остальных. 
Ну, да ладно. Сам Альфред пока многого не знает о хозяине и сородиче. Они просто живут в этом доме, но почему-то главным является человек. У него есть огромная кровать, только он может дать еду и только столько, сколько сам посчитает нужным. Для щенка это немного странно, но ко всему можно привыкнуть, даже к монархии, если она присутствует в новом доме.
Альфи встал и направился на кухню. Сегодня он проспал и поэтому Джонатана разбудил Персиваль. Кстати, на кухне его ждала полная миска и сам человек. Щенок прошел мимо стола, за которым сидел хозяин и пил кофе. Его целью сейчас была миска с чем-то вкусным, судя по запаху. Альфи немного ускорился, ибо голод давал о себе знать. Когда малыш начал жадно уплетать корм за обе щеки, человек даже хохотнул. Малыш обернулся и посмотрел на хозяина. Тот с интересом наблюдал за своим новым другом, а потом опустил руки и позвал комочек счастья к себе. Альфред не сопротивлялся, потому что на столе, кроме кофе, могло быть что-то ещё, а это что-то можно выпросить. Он медленно подошел, глотая корм на ходу, а потом был поднят. Джонатан погладил его за ухом, щенок зажмурил глаза от удовольствия и высунул язык. А теперь посмотрим, что у него есть вкусного. - Альфи начал внимательно осматривать стол. Чашка с кофе, тост с джемом, яичница, какие-то овощи и...сарделька. Малыш заскулил, переводя взгляд с хозяина и на лакомство, но Джонатан лишь улыбнулся и опустил малыша на пол. Ну уж нет, дружок, я так просто не сдамся. - Альфред присел у ноги хозяина и начал скулить. Хозяин недовольно посмотрел на него и вновь принялся за завтрак. Щенок лишь фыркнул и направился к своей миске. Подумаешь, жадина...Больна она мне нужна! Сам ешь свою сардельку.
Когда миска осталась пуста, а живот полон, щенок зевнул и отправился в одну из комнат. Джонатан живет здесь не один. Второй житель сейчас расположился у окна. Он что-то там с вниманием разглядывал и, наверное, думал. Альфи медленно приблизился к Персивалю. Щенок не знал с чего начать разговор и поэтому остановился. Заметить его не должны, а хозяин в ближайшее время должен был заниматься своими делами. За хвост что ли укусить...А это хорошо будет? Ну,может хорошо, но ему явно не понравится. - Альфи посмотрел на белого гиганта. Рядом с ним Альфред смотрелся, словно мошка рядом с красивой бабочкой.
- Я – Персиваль. Нет, всё не то, всё должен быть не так, совершенно не так… - недолгая пауза. Щенок уже смотрел немного странно на своего сородича. У него тут собрание с птицами что ль? Альфи не понимал этого, ведь его разум не был наполнен мыслями о победах на выставках и о том, как представить себя остальным, после красочной победы. Итак. Моё имя – Персиваль. Дамы и господа… - щенок присел на пол. Хм... - Альфреду теперь это занятие не казалось каким-то странным. Ему тоже захотелось придумать речь и гордо предстать перед другими.
Меня зовут Альфред. Я живу в уютном доме вместе с Персивалем и Джонатаном, который носит фамилию Квонни. Мне всего четыре месяца. Я ещё щенок, вижу этот мир немного по-своему и пытаюсь радоваться каждому дню. Мне нравится мой новый дом, хозяин и белоснежный Персиваль. Они смогли приукрасить мою жизнь, добавив что-то новое и интересное для меня. Думаю, что скоро я тоже буду участвовать на выставках и наравне со всеми могу заслужить собственную победу.
- Персиваль, а Персиваль... - Альфи подошел поближе и посмотрел на породистого пса своими голубыми глазами с некоторым любопытством. - А ты был на выставках? Это интересно? И почему ты говоришь сам с собой? У тебя собрание с птицами? Или кем-то ещё? - щенок прямо завалил вопросами бедного четвероногого друга. Они, конечно, звучали глупо, но сам Альфред не являлся ученым, а его голова сейчас была занята только этими вопросами. Может они обсуждают кого-то или он просто так репетирует речь? Но тогда, для чего ему это все надо? Может ему просто скучно? Тогда, наверное, мы сможем поиграть! Интересно, он любит играть с мячом? А может с палкой? - Альфред завилял хвостом, глаза загорелись и довольная улыбка появилась на его мордашке.

+1

4

Время в этот день летело быстро. Ровно также как и птицы за окном, которые то и дело гонялись друг за другом в бессмысленном занятии, но оттого не меньше привлекая к себе внимание. Даже наоборот. Периодически, делая небольшие паузы, Персиваль обращал на них внимание, а затем вновь возвращался к реальности. День настал, заиграл красками, солнце достигло зенита. Его лучи грели белую шёрстку борзой, который репетировал речь. То, что в доме некоторое время было ещё шумновато, и в комнатах воцарился шум, издаваемый небольшим комком меха по имени Альфред, пса сейчас не интересовало. На его душе был покой, а в голове лишь мысли о прекрасном.
И даже шаги щенка не сразу послышались Персивалю, занятому своим делом. Он не желал отвлекаться на весь окружающий мир, а потому не понял о присутствии здесь малыша вплоть до того момента, как он заявил о себе, разрушив иллюзию идеального дня.
- Персиваль, а Персиваль... –почуяв совсем рядом до ужаса приевшиеся за небольшой период времени нотки, кобель лишь прикрыл на секунду глаза и тяжело вздохнул, повернувшись всем своим огромным телом к Альфреду. - А ты был на выставках? Это интересно? И почему ты говоришь сам с собой? У тебя собрание с птицами? Или кем-то ещё? – а услышав шквал вопросов, обрушившийся на него, пёс не менее тяжело выдохнул, понимая, что «отмазаться» от этого пушистого и шалудивого комка ему уже не удастся. И одна лишь мысль о том, что сейчас придётся читать нотацию, вызывала у него недовольный взгляд.
Альфред, – строго обратился Персиваль к своему оппоненту, которого всегда называл так. Возможно, исключительно из-за того, что считал непозволительным называть щенка как-то иначе, это противоречило его манерам. - Твоё присутствие всякий раз портит качество моей прекрасной шерсти, – решил острить кобель, пытаясь сообщить о том, что щенок убивает его нервные клетки и, как следствие, ухудшает шёрстку. - А если ты будешь появляться так неожиданно, то я случайно наступлю на тебя и раздавлю. Совсем не понимаю, как хозяин мог взять тебя к себе. Ты ведь и на кончик хвоста не похож на выставочного пса, не говоря уже о том, чтобы просто присутствовать в моём обществе. Такие почести позволяются лишь немногим, а у тебя и без того на это разрешение от хозяина, – выговорив свою долгую речь, моменты из которой щенок, скорее всего, и не понял, борзой зевнул. Он знал, что говорит слишком умно, однако понижать планку не собирался. Если в будущем этот малыш обязан будет составить ему конкуренцию или просто поучаствовать в выставке, то нормы поведения он знать просто обязан.
А пока что Персиваль и вида не подал, что собирается отвечать на вопросы Альфреда, направляясь к своему огромному лежаку, который принадлежал только ему. И пёс внимательно следил за тем, чтобы это маленькое недоразумение случайным образом не оказалось в самом уютном месте из тех, что только могли быть дома. На взгляд кобеля, разумеется. Впрочем, это было и неудивительно. Лежак борзой был достаточно просторным для него, несмотря на впечатляющий размер пса, обтянутый удобной тёплой тканью, мягкий со всех сторон, даже с «подушкой», если небольшой квадратик, предназначенный для головы, можно было назвать так. Джонатан не скупился на эту вещицу и любая бы дворняга позавидовала Персивалю. Да он и сам частенько радовался жизни, предаваясь прекрасным снам и прекрасному времяпрепровождению в этом месте. И как только существо устроилось поудобнее, оно тут же бросило внимательный взгляд на Альфреда, словно бы одним лишь укором предупреждая его о том, что делить ложе не намерен. Однако этот взгляд продлился лишь пару секунд, после чего животное решило продолжить разговор, посчитав, что устроилось достаточно  удобно для продолжения общения.
- Выставки – это такое мероприятие, куда ты никогда не попадёшь, – грубо, но очень спокойно начал свою реплику пёс. - Таким как ты там не место, – чем дальше заходила речь, тем грубее становилась борзая. Но вовремя сообразив, что имеет дело с ребёнком, пёс немного сбавил обороты. - Если, конечно, ты не перестанешь есть человеческую еду и вести себя подобным образом. Меня в твоём возрасте уже обучали основам выставок, а ты достаточно глуп. С виду, конечно, плотноват, но глуп, – продолжал попрекать его Персиваль, но уже чуть более мягко, говоря суть, а не запугивая щенка. Всё же толика понимая в этом огромном создании ещё осталась. - Выставка – это место, где нужно уметь слушать хозяина, вместе с тем не обращая внимание на других. Ты должен быть лучше и сильнее остальных, уверен в себе, если победа для тебя не пустой звук, – остановился пёс, перевести дыхание. Сейчас он чувствовал гордость за себя, представляя себя в роли своего рода учителя, который просто обязан наставить будущее поколение на путь истинный. - Что касается меня, то я там был, и вправду. Пару раз. Победа далась нелегко, однако награды у меня имеются, – не без гордости подчеркнул кобель, после чего продолжил. - Но вызывает ли это интерес?.. Пожалуй, это нудно, хотя результат того стоит, – Персиваль был болтливым и он не замечал, какой поток информации уже успел обрушить на малыша, лишь продолжая и не сбавляя темп. Однако как только пёс услышал про собрание с птицами, то тут же недовольно покосился на столь дерзкого молодого комка шерсти, который всё также пребывал в обычном для себя состоянии духа, и, решив устроить наглядный пример того, что так обращаться к нему не стоит, направился прямиком к выходу из комнаты, пытаясь не обращать на это маленькое бедствие внимание. Однако за хвостом пёс внимательно наблюдал, периодически оглядываясь, стараясь не упустить тот момент, если Альфред решит его укусить от горя.
Но была ли это отместка за дерзость? В планах у Персиваля было чуть не это. Он направлялся во внутренний двор, где частенько проводил время. Желал туда направиться, во всяком случае. Для этого необходимо было уговорить Джонатана. Что, как оказалось, не составило труда. И никого просить даже не пришлось. Хозяин не закрывал двери на улицу, в результате чего пёс плавно и осторожно проскользнув на свежий воздух. И якобы свет резко не ударил по глазам, борзая шла с чуть опущенной головой, после чего остановилась и взглянула вслед, пытаясь обнаружить присутствие своего личного «хвостика».

+2

5

Альфред следил за каждым движением Персиваля. Кажется, в истории этого щенка упустился один важный момент. Отношения двоих собак были не самыми лучшими, но, не смотря на это, щенок терпел все дерзкие словечки в свой адрес. Ему не хотелось противостоять взрослому псу, не хотелось и видеть заново свой питомник, ведь хозяин, наверное, будет на стороне Персиваля. Альфи немного напрягся, когда борзая повернулась к нему. В такие моменты щенку казалось, что сейчас на него прыгнут сверху, прижмут к полу и оторвут голову. Но манеры борзой не могли такого позволить. Если бы Персиваль не был бы так хорошо воспитан, наверное, Альфреда давно бы разодрали на клочки или он "случайно" бы где-то заблудился. Но нет, пока маленький мир в новом доме особо не пошатнулся. Вечное хорошее настроение дает надежду на лучшие времена. Альфи честно пытается найти общий язык с Персивалем, но обычно все оканчивается как-то не так. Щенку не привычно видеть поражения, ведь мать говорила, что все у её дорогого сынка выйдет и он ещё не раз пройдет мимо остальных, гордо подняв голову.
Как и ожидалось, Персиваль не стал сюсюкаться с малышом. Назвал по имени, после чего осыпал щенка своими словами, которые с легкостью срывались с острого языка. Альфи опустил голову. Ему не хотелось видеть борзую с её карими самодовольными глазами, острой длинной мордой и красивую шерстку, которую он портит своим присутствием. Но все-таки слова задевали, портили настроение и вызывали желание укусить чей-то хвост. Альфред знал, что он не выставочный пес. Об этом говорила даже мама. Но малыш пригоден для спортивных соревнований, что не так благородно, как выставки. Но зато спорт закаляет. Когда-нибудь загоняю тебя... - только вот не догонит он борзую, вообще никогда не догонит. Альфред проследил за тем, как важный Персиваль направился к своей подстилке. Молчание, никто не подает голоса и только сородич пытается улечься поудобнее. Хм... - малыш хитро улыбнулся, но тут же спрятал свою радость за маской безразличия. Борзая устроилась поудобнее и вновь началась лекция. Не смотря на некую неприязнь, возникшую между ними, Альфи слушал его внимательно. Если он не попадет на выставку, как участник, то зрителем может попортить выступление Персиваля. Только не надо говорить о мести. Нет, ну, что вы, просто щенок тоже хочет повеселиться, не задумываясь о способах.
Твои рассказы о победах и наградах будут интересны тому пуделю. По крайней мере в некоторых вещах вы друг друга стоите. Интересно было бы посмотреть словесную перепалку этих двоих или спор на то, кто же лучший. Хотя, побритая собака не сравнится с естественной красотой Персиваля. Но меня это как-то не волнует. Мне вообще кажется, что моя шерсть куда лучше. Все-таки она не скучно белая, а мраморная. Как там говорит Персиваль? Благородно что ли даже...
- Перси... - щенок не успел договорить, потому что его друг поспешил удалиться. От маленького комка шерсти так легко не отделаться, поэтому Альфи пойдет следом за ним, но только не сейчас. Малыш подбежал к подстилке борзой и, схватив подушку, побежал в комнату хозяина. Хулиган решил спрятать квадратную вещичку так, что Персиваль не достанет. Под кроватью точно не достанет... - наглая ухмылка и Альфред, ложась на живот, пополз вперед. Там он положил подушку где-то посередине и довольный вылез обратно. Только немного пыли собрал на шерстку. Ну, ничего...это того стоило. - теперь Альфи побежал к выходу из дома. Там его глазами уже выискивал "друг". Щенок резко остановился перед порогом, поджал хвост и задумался. Персиваль же ничего не видел...Значит, сейчас можно спокойно идти...А потом, если что, сам спрячусь под кроватью... Теперь уже малыш весело глянул на друга и кинулся к нему. Пусть он не самый быстрый, не сравнится с русской борзой, но Альфи тоже не плох в беге. Хотя, все-таки прыгать ему нравится больше. Щенок покружил несколько раз вокруг Персиваля, а потом встал между передними лапами своего друга-гиганта.
- Кстати, не сегодня ли твоя выставка, а? - Альфред завилял хвостом и хитро улыбнулся. Если сегодня проходит любимое мероприятие борзой, то сам щенок обязательно должен туда пойти. Может у него получится выиграть Персиваля и заполучить награду. Ну, если не возьмут, то есть план мести, где щенок сгрызет все, что только можно, спрячет все, что только сможет утащить, и пометит территорию всего дома. Я коварен... - хитрая улыбка появилась на лице, а глаза были закрыты от собственной гордости за придуманное наказание, ели его не возьмут с собой. - Персиваль, может я тоже пойду с вами? - щенок глянул на него большими голубыми глазами, полными надежды и радости. Малыш уже забыл о своей проделке с подушкой и верил в то, что пойдет с борзой и хозяином. Как бы его сородич не пытался отогнать этот маленький комок шерсти, от него не избавишься так быстро, ведь где-то внутри маленькой овчарки живет желание подружиться с горделивым гигантом и с его двуногим другом. - Я хочу посмотреть, как ты победишь! Правда, очень хочу! - Альфи прижался к лапе Персиваля своей мордашкой и прикрыл глаза. В его мечтах они уже находились на выставке, борзая рядом с хозяином говорила отрепетированную речь, а сам малыш с открытым ртом наблюдал за этим шоу. Желание самому победить пропало так же быстро, как и появилось. Оно забылось и улетело из головы маленького комка шерсти. - Ты ведь выиграешь, правда? У тебя много плюсов! Прекрасные манеры, большой рост, мягкая шерстка...которую я порчу, как ты сказал... - Альфи вздохнул и сделал несколько шагов, чтобы быть перед Персивалем. Малыш присел и посмотрел на него. Почему-то именно в это мгновенье щенок вспомнил слова матери: "Ты маленький солнечный зайчик! Смеешься без причины и счастлив каждый миг! Ты мое маленькое вдохновение, мое маленькое счастье! Альфред, я бы хотела быть таким же ребенком, как ты!" Альфред всегда вспоминал эти слова, чтобы вновь почувствовать хорошее настроение и найти вновь свое счастье в этом мире, которое часто прячется, но прячется где-то близко.

0

6

Персиваль недовольно хмурился назад, когда из комнат немного запоздав, выбежал его младший товарищ. Признаться, пёс ни на каплю не задумывался о том, почему этот мелкий комок шерсти чуть припоздал. У Персиваля и без того хватало забот. По крайней мере, он старался делать вид, что они присутствуют. Слишком беззаботная жизнь для того, чтобы о чём-либо задумываться, помимо своего любимого лежака и прогулок в свободное время. И пока щенок пару секунд сидел на пороге, борзая нахмурилась и сделала пару шагов вперёд, после чего снова остановилась. Уже через пару мгновений его миниатюрная заноза была совсем рядом, усевшись между лапами. В такие моменты Персивалю хотелось ощутить себя мастиффом, чтобы просто взять и раздавить Альфреда, который вновь начал приставать к нему с расспросами даже после того, как он отказался отвечать, показательно выйдя во двор. Но, вот когда речь зашла о выставке, то кобель чуть нахмурился и, подняв голову, посмотрел куда-то вдаль.
«А ведь Альфред прав, - невольно пронеслось в голове пса. – Выставка сегодня, а Джонатан не сильно волнуется. Право слово, как только можно вести себя настолько безответственно! Мне определённо нужен кто-то серьёзнее, он совсем не годится, - сгоряча подумала борзая, после чего поспешила забрать свои мысли обратно. – Впрочем, я погорячился… Но если он не покажется в ближайшее время, я отдам его на растерзание Альфреду. Пусть балуются весь день напролёт, нечего меня, выставочного пса, за няньку оставлять… »- сразу после этого взгляд немалого животного был переведён на Альфреда, так и оставшись там, ведь далее должен был идти разговор со щенком. Точнее, ответы на его вопросы, где Персивалю так или иначе, но придётся признать его правоту.
- Ты совершенно прав, Альфред. Выставка сегодня, совсем скоро, осталось мало времени. Но, как видишь, мой пунктуальный хозяин с хорошей памятью на важные события в жизни своего любимого создания не спешит собираться, – сразу после этого пёс всё же понял, что сказал, и в качестве извинения поспешил поправить себя. - Он должен учитывать, что ты  хочешь на выставку. Такое поведение недопустимо, не считаешь? Слишком бездумно, ветрено, безответственно, – неохотно отдавая все почести малышу, борзая сказала всю фразу, после чего села, а затем и легла, чтобы быть на одном уровне со щенком.
Персиваль, может я тоже пойду с вами? – однако после этого момента кобель совсем косо посмотрел на юное дарование. Чтобы Альфред отправился с ним на выставку? Он мог бы многому научиться от старшего, более опытного в этом деле поколения, побывать в светском обществе, познакомиться с элегантными и изысканными дамами и кавалерами. Так почему бы и нет? Почему не взять его с собой? Да и видимых причин для отказа не находилось. Там ведь будет множество достойных кандидатов на роль победителей. Во всяком случае, должно быть. Кобель хорошо помнил опыт первых лет, и ему доставляло удовольствие вспоминать о том, что обойти самого Персиваля – перечить всему миру, всей Вселенной. Однако на этот раз борзая не была так уверена в своей победе. Как и в прошлый раз. И в позапрошлый.  Наверное, волнение перед выставкой в нём металось всегда. Всё же благоразумному созданию, пусть и с довольно привлекательной внешностью, нельзя быть слишком самоуверенным. Это, как минимум, глупо. Даже самооценка кобеля это понимала, а потому ни одного проявления собственной гордыни, предвкушающей победу, не проскользнуло на его морде, которая чаще всего выглядела самодовольно в обычном своём состоянии.
Но вот в следующую же минуту Альфред заговорил о том, что верит в борзую, отчего кобелю стало приятно. Может, другое животное это заставило бы смутиться, но только не Персиваля. Он вновь соизволил сесть, стараясь должным образом поднять голову, стараясь смотреться как можно более элегантнее, позволяя понять, что он польщён его словами, хотя признаться об этом в слух… Пожалуй, для такого, как этот пёс, данное действие было попросту невозможным. А затем ещё и Альфред прижался к лапе… Это было для кобеля новым ощущением, чем-то непонятным, в конце концов, со щенками дел иметь не приходилось. Наверное, удивляться, насколько это мило – удел молодых самок, но для его, выставочного пса, подобное просто невозможно. Персиваль не возражал, что это было в какой-то степени даже приятно, ведь создавалось ощущение того, будто тебя ценят и всякое подобное, но совсем опускаться не хотелось. Однако, хвала небесам, через пару минут это всё закончилось, и щенок отошёл на некоторое расстояние от него, вновь говоря лестные слова. Борзой было приятно до глубины души, стараясь подобрать то одно слово благодарности, то другое. Всё же от Альфреда он такого не ожидал. Никак. И никогда. В его голове была небольшая речь благодарности по этому поводу, и всё же вместо этого пёс, передумав отвечать на добрые слова щенка, лишь выдохнул. Но сделал это на удивление спокойно, показывая больше своё удовлетворение ситуацией, нежели некое раздражение и тому подобное. Оставалось лишь найти хозяина и напомнить ему о том, что пора бы собираться на выставку. Именно по этой причине кобель спокойно и не спеша пошёл вперёд, выискивая хозяина. К счастью, поиски продолжались недолго, и уже в гараже цель была найдена. Как оказалось, мужчина чинил машину, а при виде большого белого четвероногого тут же вспомнил, что пора бы на выставку собираться. Впрочем, особые приготовления и не требовались, Персиваль был в отличной форме. Оставался лишь вопрос, возьмёт ли Джонатан с собой это маленькое недоразумение, которое должно было идти следом. А чтобы хоть немного отблагодарить малыша за пару лестных, которые пришлись по вкусу борзой, пёс бросил учтивый взгляд в сторону Альфреда, словно бы говоря о том, что без него на выставке будет слишком скучно. Теперь дело оставалось за малым.
. . .
Уже через некоторое время человек сдался под давлением требовательного взгляда Персиваля, который ничего не делал, кроме как сидел перед ним и пристально изучал взглядом каждую деталь на человеческой физиономии. Так или иначе, но у мужчины не оставалось выбора, кроме как взять мелкого сорванца с собой и отправиться на выставку. Да и с машиной он уже успел разобраться.
Вот так, в течение ближайшего часа, борзая, расчёсанная и приведённая в достойный вид, аккуратно залезла в машину. Ещё через пару минут сел и сам Джонатан вместе с малышом. Теперь они, наконец, отправились в путь. Пусть и не долгий,  но достаточно важный для кобеля. Он ждал этого момента. И где-то глубоко внутри себя надеялся на то, что урвёт первое место.

>>> Двор

Отредактировано Персиваль (2015-04-11 11:11:05)

0

7

>>> возвращение с прогулки

После недолгой прогулки с хозяином, Персиваль, наконец, оказался дома. Признаться, он был рад тому, что все эти полуторачасовые мучения закончились, ведь находиться на относительно грязной, по усмотрению кобеля, улице, по которой и ступать-то противно, не всегда может быть приятно для столь высокомерного существа, как борзой. Особенно, когда приходилось идти рядом с мусорными баками. Казалось бы, что Джонатану, хозяину пса, до этого? Пройтись мимо такого омерзительного объекта – не составит проблем, ведь это все лишь обыденная вещь, которая прочно вошла в людскую жизнь, но… Нос Персиваля ещё тогда уловил этот омерзительный и отвратный запах гнили, от которой не мог избавиться спустя такой долгий период времени. Во всяком случае, ему так казалось, даже если этот запах перестал его беспокоить спустя следующие пять минут после того момента, как он его почуял. Ну что же, у каждого свои заскоки. Жаль лишь, что для Персиваля это был прямой удар под дых. Он всё ещё был слишком брезгливым, чтобы прекратить вытирать свой нос длинной тонкой лапой, на которой успела чуть закрутиться шерсть. Несомненно, это также задевало достоинство пса, отчего он лишь недовольно посмотрел в сторону мужчины, уходящего по своим делам, понимая, что обязательно отомстит ему при возможности. Да и не только за это. Следовало бы ещё отметить, что Джонатан не открыл дом, оставляя пса на улице, так сказать, продолжать дышать свежим воздухом. Да и вдобавок, погода для этого была самая что ни на есть подходящая. Разумеется, около 30 градусов выше нуля. Что ещё может быть лучше для пса, который любит умеренную, чуть прохладную весеннюю погоду, когда хотя бы дует ветер?
Хвала, во дворе был бассейн, отчего Персиваль лишь облегчённо вздохнул, вспоминая о таком прекрасном даровании жизни, которое умудрился сделать его глупый хозяин. Разумеется, в голове борзой был и второй план обхода, который заключался в том, чтобы пролезть в маленькую дыру в двери, сделанную специально для Альфреда, который в последнее время пропал бог весть куда, отчего пёс даже поначалу волновался, покамест не услышал, что тот проходит обучение в специальном месте подготовки подобных собак. Так говорил Квонни, разговаривая по телефону. Иначе куда такому малышу подеваться?
В любом же случае, жизни пса приобретала прежний оттенок неудач, тишины и спокойствия, а потому приходилось периодически смиряться с тем, что происходит. Да и в силу занятности хозяина Персиваль даже не попадает на собачьи бега, что сильно усложняет жизнь и задевает самолюбие.
Кто бы мог подумать, что это двуногое существо вот так просто всё изменит в жизни, - начал небольшое рассуждение Персиваль, слегка задетый тем, что в последнее время его жизнь полна непостоянства. – Он даже не уделяет мне должного внимания, а теперь и вовсе оставляет на улице на некоторое время. Возмутительно! – борзой слегка негодовал по этому поводу, добавляя сюда впридачу и жару, и всё, что только может затрагивать его недовольство. Свою же злость пёс показывал тем, что ходил по газону в разные стороны, неторопливо переставляя лапы, но с долей презрения глядя на всё вокруг.
Столь манерному и избалованному созданию было тяжело просто взять и пробыть даже жалкие полчаса одному, да ещё и в таком месте, пусть оно было даже частью его родного гнезда. Безудержно хотелось поговорить с кем-нибудь, пусть даже это будет и его любимое зеркало, в которое Персиваль любовался собой и упражнялся в обаянии, риторике и дикции. В основном, его времяпрепровождение могло бы показаться кому-либо скучным, но для этого пса – оно было пределом мечтаний, особенно, когда пришлось остаться в палящий зной на жаре. И на такой депрессивной почве борзой даже показалось, что его попросту хотят вышвырнуть на улицу, однако он тут же постарался отогнать от себя эти мысли, опровергая свои глупые размышления тем, что Джонатан слишком его любит и свыкся с тем, что в доме живёт настоящий аристократ и гурман, которого нельзя просто выбросить на улицу. Случись такое взаправду – у этого прекрасного белого джентльмена произойдёт самый настоящий разрыв сердца, которое уже и без того начало биться чаще от глупых волнений и неразумных переживаний.
Именно по этой простой причине Персиваль аккуратно лёг около дверей дома, на прохладной плитке, не желая думать о том, что только что металось в его голове. Он лишь вытянул передние лапы, после чего осторожно положил на них голове, стараясь устроиться как можно грациознее, но при этом ещё и удобно для себя. Плюс ко всему, крыша над головой обеспечивала псу тенёк, отчего ему даже захотелось немного отдохнуть. Борзой уже прикрыл глаза, чтобы отдаться сну, в надежде, что его дремоту побеспокоит лишь Джонатан, который придёт домой раньше, чем планировал, а не позже, как это обычно случается.

+1

8

ОТ ПОДЗАБОРЬЯ

Вальку я заметил ещё издалека. Кучкой костей и белого меха он развалился на пороге своего дома и подремывал, судя по его умиротворенному виду. Валька был похож на птеродактиля с картинок, а морда у него была как у крокодила, только собачья. Впервые я увидел его на выставке - высокий и тощий как жердь, с приподнятым подбородком и выставочной осанкой. Рядом - хозяин, куда более активный и жизнерадостный, чем это белое полотно, каким тогда казался Валька. В его поведении было что-то странное, будто он смотрел на всех нас не только с высоты своего роста, но и с высоты... как бы это сказать... черт, я не подберу слов. Валька просто выглядел напыщенным гордецом. Но если подумать, он вроде как "свой". Из домашних псов.
Я нередко пробегаю мимо его дома, но редко застаю Вальку вот так - валяющимся на порожке и пачкающим свою аристократическую шкуру. Вернее, сегодня - первый раз. Не думаю, что он будет против, если я растолкаю его.
Тем более, у меня есть классные новости насчет моей сегодняшней драки с дворнягой.
Я резво пробежался по дорожке, едва не опрокинув кадку с неопознанным растением и ткнул носом в плечо борзого.
- Валь, ты не представляешь, кого я сегодня поколотил.
Весьма активное начало, верно? Валька из тех, кого за территорию участка вытащишь только насильно или по собственному желанию. А собственное желание у него, судя по всему, возникает редко. Ну ничего, я его расшатаю - может, в душе Валька такой же лихой раздолбай, как мы?
- В общем, это был кто-то из дворняг. Я его так тяпнул за плечо, что кровяки было...
Тут я, конечно, преувеличил, но ведь так интереснее. - Ты дрался с дворнягами, Валька? Я слышал, тут собирается кучка придурков, которые хотят надрать им задницы. Тупость, а?
Я улыбнулся и вывалил язык, чувствуя, как солнце прогревает шкуру. Мне нравится такая погода, несмотря на то, что телу жарко. Лучше уж жара, чем холод. Тем более, я и сам как солнце. Красивый, жаркий, золотистый.
- Без дворняг на улицах будет пу-у-усто, - зевнул я на последнем слове и уселся напротив Вальки. Кому, как не борзому, знать, что грязношкурые дворняги создают контраст между ними и нами? В конце концов, если бы Вальку не с кем было сравнить, я бы скорее сказал, что он костлявый, чем грациозный. Я уже давно думаю над тем, как нам относиться к дворнягам. И... честно говоря, у меня есть план. Сбежать ночью от придурка Дерека и пробежаться по нашему городку. Посмотреть, как кто живет. Может, это мусорные ребята и впрямь не такие плохие?

Отредактировано Kremenez (2015-07-13 18:47:11)

+2

9

В своей дрёме Персиваль уже давно видел у себя несколько выставочных медалей, гордо свисающих с его шеи, а вместе с тем и признание, которого он добивался долгие полтора года жизни. Это было самое что ни на есть настоящее исполнение мечты. Нет, даже больше. Всё это была неоценимая роскошь, которой… было невозможно добиться?
Да, всё верно, этого было невозможно добиться. И борзой знал это, ещё во сне начиная осознавать, что здесь что-то не так, происходит явно что-то не то. Однако обдумать это возможности не было. Чуткий сон элегантного создания был так безнаказанно и бессовестно прерван, что пёс сразу же сел и выпрямился, принимая типичное для себя положение, как если бы рядом стоял хозяин, однако сидел он с тем же не выспавшимся видом и пеленой, которая ещё несколько секунд была на глазах, а затем сошла, проявляя перед псом картину, которая была отнюдь не плодом его воображения.
О, Боги… - только и смог выпалить у себя в голове борзой, когда увидел перед собой знакомую морду, которую он встретил ещё на выставке. Конечно же, нахождение этого пса на подобном мероприятии говорило о многом, но в активности с ним даже Альфред не мог бы ровняться. И сейчас, когда это золотистое и пушистое чудо находилось здесь, Персиваль издал лишь тяжёлый вздох, после чего решил ответить на реплику, якобы не показаться тем, кто не уважает чужие интересы. Да и к тому же, следовало иногда развеяться в разговорах, чтобы развиваться всесторонне, скажем так. Твердить лишь о величии, порой, бывает слишком нудно даже для этого белого гиганта.
- Ты кого-то избил? – с мордой, полной удивления и непонимания, выпалил пёс. - Мне казалось, домашним псам такое поведение не присуще, – Персиваль смотрел на едва ли знакомого ему представителя домашних так, словно тот с луны свалился.
Однако дальше последовал лишь рассказ Крима, кажется. Признаться, память борзого немного подвела в этот момент, а потому имя собеседника на секунду вылетело из головы, однако тут же вернулось обратно, отчего борзой стал чувствовать себя более облегчённо, продолжая слушать рассказ так называемого «товарища». Однако фраза, сказанная Крименцом, как камень с горы, свалилась на голову Персиваля, который был едва ли не возмущён подобной мыслью в голове ретривера.
- Дрался ли я? Крим, ты задаёшь абсолютно неуместный вопрос. Я элегантное и утончённое создание, рождённое для выставок, шелков и ухода. Моё происхождение не позволяет мне заниматься этим… этим… – пёс пытался подобрать слово, чтобы правильно охарактеризовать всю глупость ситуации. - Этим безобразием! – наконец, нужная фраза пришла в голову кобеля, однако заканчивать свою речь тот был не намерен. - Да и телосложение у мня далеко не боевое. Я – сама изысканность, Крим. Хотя Джонатан часто говорит, что подобных мне используют для охоты. Омерзительно, правда? Не представляю подобную жизнь, – умел бы Персиваль морщиться – обязательно бы сделал такой жест, однако сейчас ему лишь оставалось показательно задрать голову вверх, оправдывая свой статус, и продолжить беседу. Которая, к слову, уже со следующих слов перестала его радовать, заставляя усомниться в том, имеет ли он дело с таким же домашним псом, или же кем-то иным? Однако борзой лишь нахмурился, слушая собеседника, но вместе с тем открывая голову нескончаемому потоку мыслей, словно бы бесшумно осуждая его.
Дворняги? Кто они есть, Крим? Ты не понимаешь этого. Просто не понимаешь. Ты не осознаёшь, сколько проблем они создают, сколько дурных дел творят, отказываясь от прекрасной и замечательной жизни вместе с людьми.
Шквал мыслей закончился также быстро, как и начался, оставив после лишь неприятное воспоминание об этом инциденте, который всё ещё продолжался. Потому что приходилось выражать мнение, которое было совсем далеко от правды. Которое было лишь крупицей одной большой мысли, утверждавшей один факт, но заставляющей говорить другое.
- Не знаю, что сказать, Крим, – Персиваль запнулся, подбирая слова. - Я не считаю это глупым. Они не портят общество, однако и не делают его лучше. Но жизнь будет и прекрасна без них, разве не так? – тон борзой чуть спал, сделавшись несколько задумчивым, полным неясности и мутности. - Конечно же, я не говорю о полном их искоренении или на подобие того, но и факт совместного проживания бок о бок… Знаешь, впрочем, меня это не должно касаться. Да и тебя, ровным счётом, тоже. Эти мысли не для нас. Потому что пока мы остаёмся с нашими хозяевами – опасности никто не испытывает, – пёс пытался оторваться, отделаться парой слов, чтобы быть правдоподобным, но вместо этого несколько раз перевёл дыхание, пока договорил до конца, понимая, что мог выглядеть не совсем убедительно. Или же напрочь неправдоподобно.
А что было дальше? Дальше Крим сказал лишь о том, что без дворняг на улицах было бы пусто. Однако и это утверждение Персиваль был готов оспорить, но вместо этого лишь сделал вид, будто бы пропустил фразу между ушей. Между тем, он был не согласен.
Без дворняг на улицах станет чище.
Чище.
Не будет ничего лишнего. Только чистота – благородная и изящная в своём проявлении. Это стало бы обычным уделом любой собаки – быть чистой, жить со своим хозяином, принадлежать людям.
И это не глупость. Не помутнение. Совсем нет. Это просто жизнь. Которая могла бы быть идеальной.

+4

10

По мере продолжения Валькиного объяснения собственной точки зрения моя морда всё больше вытягивалась. На всякий случай я даже подошел к нему поближе и обнюхал, проверяя, вдруг мне подсунули вместо молодца Вальки какого-нибудь выставочного старпера.
Но вообще-то, я его неплохо понимал и недаром обозвал птеродактилем. У него было это... всё время забываю, как это называется... правильная морфология! Его детство и моё - две абсолютно разные атмосферы. В том возрасте, когда Валька разучивал первую стойку, пошатываясь на своих тощих ногах, я дремал где-нибудь в поле со Стивом или бегал за мячиком.
А когда он завоевывал свои первые награды, какого-нибудь юниора, я плавал в реке, наращивая мышцы, носился по лесу или в очередной раз злил Стива, дурачась и прыгая на него после элементарного "сидеть".
Я вижу, как важно Вальке оправдать своё происхождение и прожитую жизнь. Наверное, даже важнее, чем его хозяину - я неплохо помню нашу выставку и что на ней было.
Может, мне не стоит винить Вальку в том, что он не любит дворняг или добрую драку... а всё же, нелепо это для молодого пса - не бунтовать. В какой-то мере, мне было жаль, что он с таким упорством называет себя выставочным экспонатом и не более того.
Наверное, дело всё-таки в Стиве. Если бы он не перекупил меня тогда, сейчас я пытался бы оправдать своё родовое предназначение. Отец (хотя, я никогда не был уверен в том, что он наш отец) говорил, что быть поводырем для слепого человека - это самое благородное призвание. Что по сути, мы, дети, сможем решать за человека многие дела. Где перейти дорогу и через какие ворота войти в парк. А если на горизонте появится враг, мы всегда должны будем победить его. Мы обязаны.
А потом Стив перекупил меня. Он часто повторял эти слова, а мать перед отъездом объяснила мне, что я никогда не стану поводырем. Она была разочарована во мне. А я был счастлив.
Я хотел принимать решения только за самого себя.
- Вообще-то, в какой-то мере ты прав, Валька, - неохотно ответил я, переводя взгляд на бассейн. - Я про породы. В смысле, они выбрали за нас, что нам делать. Ещё до нашего рождения. И разве люди не придурки после этого? Если бы я мог вырастить своего персонального Дерека, я бы вырастил Дерека с врожденной предрасположенностью кормить меня точно в срок. Или с породным желанием сделать ремонт в своем сарае.
Я нахально усмехнулся, вспоминая выдранную дверную петлю и надорванную рубашку Дерека. Вот вернусь домой - ещё не такое натворю. Может, Дерек хоть утром будет повеселее. Совсем раскис мой неприятель.
- И дворняги, если так подумать, это тоже что-то вроде породы. Просто моя порода предназначена для одного, твоя для другого. А их порода - шляться по улице и подбирать объедки. Кому-то же и это надо делать, ну. А между прочим, с ними тоже можно поговорить. Они, конечно, простоваты и малость глупы, но вообще-то, похожи на нас. Немного.
Я осекся, понимая, что Валька никогда не согласится с моим утверждением, что дворняги могут быть хоть сколько-нибудь похожи на породистых домашних псов. Впрочем, разве его переубедишь? Он всю жизнь прожил как выставочный пижон, а это, честно сказать, немало значит.
- Ладно. Не бери в голову, Валь. Я понял твою точку зрения.
Да, мне и самому довольно мерзко находиться рядом с плешивыми, больными почитателями мусорок. Но чем хуже о них говорят в нашей среде, тем больше мне хочется выступить на стороне дворняг. В конце концов, никто их не кормит по расписанию и не вычесывает шерсть. Будем честны: если нас с Валькой выгнать из дома, мы станем такими же. Просто нам очень не хочется этого осознавать.
Я подмигнул Вальке и отбежал к его бассейну полакать воды. Предполагая реакцию борзого на такое поведение, я постарался напиться поскорее и драпанул от его двора.
- Бывай, Валька. Ещё увидимся!
Нахально виляя хвостом, я потерся боком о шершавую древесную кору, оставляя на память небольшой клочок светлой шерсти и вскоре уже отбежал достаточно далеко, чтобы потерять борзого из виду. Эта встреча напомнила мне о том, как всё-таки приятно иметь свои взгляды на жизнь, иметь свободу метить колесо Дерека  и по собственному желанию выбирать, какие команды исполнить, а какие проигнорировать.
Схожу-ка я во двор. Дерек с его работой совсем за мной не приглядывает. Тем более, темно уже. Наверное, вернулся и дрыхнет.
ВО ДВОР

0

11

Персиваль сидел, внимательно слушая Крима. Борзого готово было передернуть от слова «Валька», которое звучало не менее противно, чем старое омерзительное «Персик». Странные существа: что этот пёс, что личный двуногий Персиваля. Со странным понятием имени породистого кобеля, который бы предпочёл, чтобы второй постоянно угождал ему, обращаясь ещё и на вы. Благородное происхождение его питомца просто обязывало Джонатана так делать. Жаль лишь, что это раз и навсегда останется мечтой белого. Во всяком случае, лишь пока что. Будущее всегда можно изменить. Наверняка.
А пока что он был вынужден внимательно слушать речь Крима, стараясь не перебивать его, чётко осознавая, что для начала собеседника нужно выслушать, а уж потом и говорить самому. Хотя, как и в предыдущей фразе, возможности всунуть свои «пять медалек» не было, а потому пришлось терпеливо дожидаться, продумывая возможный вариант ответа.
Хотя, с другой стороны, было достаточно интересно узнать мнение Крима, понять, на чьей он стороне. А затем потерпеть сокрушительное поражение, понимая, что этот заводила придерживается строгого нейтралитета и даже добрых слов в сторону дворняг. Немыслимо, хотя на это у Персиваля была своя точка зрения, которую он считал истинно правильной. Как и всё, что он делал или говорил.
Но борзой приятно удивился, когда ретривер согласился с тем, что точка зрения высокопоставленного выставочного пса неоспорима. И ведь действительно. Спорить с белым – подливать масло в огонь, который может вспыхнуть в любой момент. Или же твердить своё мнение дубу. Каждый считает так, как понимает он.
Однако окончательного апогея удивление и недовольство Персиваля достигло лишь тогда, когда этот наглый комок меха начал хлебать воду из его бассейна.
Нет, Крименец, ты не посмеешь этого сделать! – умей борзой кричать, он бы орал в голос. – Ты падёшь в моих глазах. Совсем и навсегда. Ты не посмеешь… нет, даже не думай! – морда пса чуть скривилась от гримасы сожаления и досады. – Немедленно отойди от моего забора, ты оставишь там… боги, это омерзительно, – закончил свой небольшой «крик  души» кобель, не в силах найти силы для дальнейших мыслей.
Он был в большом шоке от того, что случилось. Да, его натура была, в большей степени, сдержанной и элегантной, с нотками утончённости, но здесь и сейчас творилось поистине немыслимое. Ведь в бассейне Песивалю ещё проводить сегодня вечерние занятия по плаванию, а потереться о забор он может случайно. Или же, ещё лучше, это сделает Джонатан, который притащит в дом кусок шерсти Крима, который, наверняка, содержит в себе какую-то заразу. Породистый пёс не стал бы чесаться о забор. Следовательно, на золотистом красавце были блохи.
Блохи.
Блохи!
Омерзительно.
Но это всё меркло по сравнению с мнением Персиваля, которое он решил высказать вслух. В пустоту. В воздух. Тихо. Пусть слова сами долетят до ушей тех, кому они адресованы. Судьба давно предрешена, и все роли в жизни расписаны. Одним во спасение, вторым же прямиком в объятия смерти и уличных трущоб.
Он сделал глубокий вздох, прежде чем начать.
- Знаешь, Крим, ты опять немного не угадал. Они такие же, как и мы, и даже кровь, будь она хоть чёрно-грязной, не решает ничего. Можно оставаться своим даже в кругу чужих, если мировоззрение хоть на долю  схоже с тем, что имеют твои враги. Быть дворнягой – это, безусловно, приговор, но даже будучи таким, являясь отбросом, можно играть решающую роль в пищевой цепи. Дворняга, ставшая домашней, не будет подлежать истреблению. Это их право на искупление. Лишь одно право. Других не существует, – выражение морды пса вновь приняло оттенок былой серьёзности и задумчивости. - Не мы избираем то, как нам жить, но всегда есть возможность исправить это. Даже являясь грязнокровкой. Ведь приговор всегда может быть смягчен, – его слова звучали плавно, и, несмотря на всю глубину речи, она лилась рекой, поток которой был нерушим. Как лезвие на эшафоте, когда оно падает вниз. Или как речь короля, чьи слова являются нерушимым, непоколебимым, единственно верным и неоспоримым законом.
Но даже так Персиваль не до конца определился с положением о дворнягах. Что-то внутри его коробило, из-за чего отношение к тем, кто стал из них домашними, металось из одного угла на задворках подсознания, в другой. Во всяком случае, шанс нужно давать всем. Именно этой версии придерживался кобель. Во всяком же случае, так будет на первых порах. И когда это закончится – неизвестно, но время меняет устои и традиции. Рано или поздно даже такая доброта закончится. И ошибки происхождения придётся искуплять кровью. Рано или поздно соберутся те, кто найдут управу на этих чёртовых дворняг. И выбор Персиваля в этой войне будет очевиден.
А сейчас же ему не оставалось иного выхода, как ждать хозяина. Никудышного, никуда не годного Джонатана, который вновь пропал на чёртову кучу времени. Да будь он проклят со своими вечными отсутствиями. Это невыносимо. Настолько невыносимо, что у борзого постепенно начало сдавать его поистине «королевское терпение». Кажется, с каждым разом нервы всё слабели и слабели, сводясь к чёрту. С такими темпами и нарастающей ситуацией между представителя породистыми и бездомными, Персиваль станет совсем нервным. Как бы это не сказалось в будущем. Всякие ведь ситуации в жизни бывают, выставки, в том числе. И упаси Боги это скажется на качестве шерсти или чем-нибудь ещё. Эти люди, там, судьи, они знают к чему следует придраться. Бессовестные создания. Как и хозяин кобеля, оставивший любимца на такое «долгое» время на улице. Это ведь было чревато последствиями. Как бы только они хорошими оказались, а не плачевным заговором от любимого питомца.

Отредактировано Персиваль (2015-08-12 23:20:12)

0

12

Старт игры:
Приятная погода, что может быть лучше прохладной теплоты середины августа? Когда воздух еще достаточно теплый, но носом ты чувствуешь свежесть и холод приближающейся осени. Наверняка сейчас каждая вторая собака рада этому облегчению после жарких дней и пекущего солнца, что так сильно припекало черную шкуру. Особенно там, откуда мы с Йеном и Ганибалом приехали, в этот маленький тихий город. Странно, что в нем вообще был порт, а Йен решил испытать наши нервы и желудки на прочность. Качка – явление не из приятных. И если мне это явление морское было не столь в тягость, то Ганибал же был плох и лежал практически все время в каюте на теплой пастели вип класса. В каюте качка была практически не заметна, что радовало его уставшую голову и желудок. Да и я предпочитала оставаться в постели. Вид глубокого моря и не твердой земли под лапами был мне не по нраву, уж больно высок был шанс выпасть за борт. По крайней мере именно это заставляло мою разумную голову держаться подальше от палуб. По приезду нас ожидал новый дом, не столь богат, как предыдущий, но что поделать, Йен тоже устает от роскоши, кем бы он ни был. Да и мне, признаться, тоже наскучили граненые палаты… Хорошо, что хозяин успел заказать мне индифицированый ошейник, попросив не обращать на меня особо внимание местные приюты, а если руки чешутся, то доставлять либо домой, либо в приют, но обязательно оповещать его лично. Это позволило мне хоть и не на долго, но все же совершать короткие прогулки в одиночку. По началу возле дома, ну а сегодня я решила прогуляться по дальше.
Что-то странное нахлынуло на меня. По идее, мне бы радоваться да веселиться, ведь новая местность, новые знакомства, новая жизнь и будущее… Но что-то внутри сломалось. Почему-то в последние годы я становлюсь все более замкнутой, более закрытой. Боюсь заводить разговоры, с кем-то знакомиться, общаться, доверять кому-то. Слишком сильны те раны, которые нарисовали мне ножами, что были воткнуты в спину прежними «друзьями». Хоть и прошло немало времени, год или больше, но страх потерять все и всех остался. Так может быть лучше во все идти в одиночку? У меня есть Ганибал, и пускай он не лучший собеседник, да и вообще балбес, но его вполне хватает для утоления потребности в общении и разговорах. А еще есть Йен, пускай он и человек, но он мой хозяин, понимающий каждое мое эмоциональное потрясение. От него нельзя ничего скрыть, даже когда скрывать, кажется, и нечего. Они и есть моя семья, мои друзья. Хотя, может быть, я все же найду здесь новую жизнь? Кто знает.
Медленно прогуливаясь по дорогам у домов, где ходят лишь люди, а машины ездят рядом, я периодически рассматривала окрестности. По сути однотипные, в основном двухэтажные дома, окружали маленькие островки зелени в виде садов и лужаек, и лишь изредка среди них встречались более-менее годные для глаза и уютные с виду дома. Одним из них был и этот дом, у которых я остановилась для того, чтобы, как говорят, подышать воздухом. Без особого труда мне покорилась резная скамья, созданная для отдыха человеческого. Я запрыгнула на нее и позволила себе прилечь. По инерции я продолжала осматривать окрестности, а так как напротив удобно был расположен один из домов, то мой взор остался на нем. К тому же я заметила в его дворе пса. Дом был без забора, с переплетающимися с общим тротуаром тропинками, поэтому ничто, и никто не мешал мне наблюдать за окружением. Пес был борзым, не знаю, на сколько чистокровным, но с виду его экстерьер был неплох, даже очень. Изящные линии тела, длинная красивейшая белая шерсть из-под которой на лапах виднелась свойственная борзым мускулатура. Взор невольно цепляется за подобных ему. Но мне было дико не удобно рассматривать его, поэтому я лишь бегло прошлась по нему взглядом, не цепляясь за подробности. Он был неплох с виду, но что же у него внутри? Резко оторвав глаза от дома я перевела взгляд в никуда, положив голову на лапы. Какие-то отстраненные мысли заняли мою голову, поэтому у меня было состояние, на которое люди обычно указывают словом «задумалась».
Прохлада успокаивала, а усталость поездки клонила в сон.

0

13

Идеальный вечер. Прохладный, без той чёртовой жары, что пронеслась по городу несколько дней тогда. Сейчас же всё было иначе. Даже настроение Персиваля, который часто бывает недоволен чем-либо. Существо, которому редко угодишь, сегодня чувствовало себя мелким щенков, провожающим хозяина к соседям. Мужчина не закрывал двери, предоставив псу возможность ходить из двора в дом, хотя тот уже привык периодически просиживать хвост на крыльце. Однако на этот раз непутёвый хозяин учёл свои ошибки, в надежде, что его верный «охранник» не позволит чужим людям зайти во двор. К тому же, он ненадолго.
Эх, знал бы глупый Джонатан, как же сильно он ошибается по этому поводу. Борзой и с места не сдвинется, если, вдруг, за отсутствие хозяина к ним заглянет вор. И даже самолично проведёт его в целях экскурса по дому, якобы показать, где находится комната этого недотёпы, чтобы тому неповадно было лишний раз выставочного пса у двери оставлять со словами «я скоро вернусь». Как сегодня, например. Ведь эти чёртовы «пара минут» растянутся на хороший час, а у кого-то кормёжка по времени, в очередной раз сбитая на несколько минут.
Он кобеля последовал лишь тяжёлый вздох. И явное проявление недовольство, которое за секунды сменило радость этого дня. Он вновь сидел на ступеньках, внимательно оглядывая округу, в надежде, что ничего плохого не произойдёт. Так, в прошлый раз, Криму удалось потереться о забор. После этого случая Персиваль жил без забора, всеми силами изводя Джонатана, чтобы тот убрал его. Так, под тяжестью вечного скулежа и недовольного рычания на маленькие палочки, эти двое лишились последней ограды. Оставалась лишь входная дверь, но кого из мошенников или воришек это останавливало?
Однако на сей раз все его мысли были перебиты совершенно неожиданно. Самкой. Да ещё какой самкой. Борзой даже вытянул шею, став немного похожим на жирафа, старающегося внимательно разглядеть объект своего наблюдения. Красивая дама, выдающая представительница своей породы. Об этом говорила переливающаяся шерсть, а вместе с тем и горделивый вид. Но, немного поразмыслив, пёс едва ли не цокнул. К сожалению, он этого не умел, но с радостью воспользовался бы такой возможностью, появись у него такая.
Без хозяина, - недовольно промелькнуло у него в голове. – Здравомыслящие псы так не делают, - наверное, борзой придерживался версии, что во всём нужно искать изъян, даже если перед ним очаровательная дама, которая просто прогуливается в одиночестве. Точнее, отдыхает в одиночестве. Но даже так вся эта красота должна была нарушиться. В конце концов, мир не идеален. И ничего идеального не существует. Непосредственно, кроме самого Персиваля, который ещё лишь упражняется в том, чтобы стать достойнейшим. Иначе быть просто не могло.
Гордо подняв голову и выровнявшись настолько, насколько это было возможно, кобель решил подойти к объекту своего восхищения. Его не смущала порода, он не ставил планов, но заявить о себе, как о знатном джентльмене и покорителе женских сердец, как минимум необходимо. Возможно, даже добавить во весь этот «букет» напыщенности и пафоса немного нежности и романтики, что было противоестественно для белого. Глубокую и самую искреннюю любовь он испытывал лишь к кубкам и медалям, а потому ни одна самка не могла стать между ними. Лишь представительница породы. Да и та должна обладать внешностью Богини, иначе псу не понравится.
Но окажись эта прекрасная леди борзой, просто так бы Персиваль хвостом не вилял, он бы с радостью воспользовался возможностью показать себя как достойного кобеля. Сейчас, в принципе, он преследовал те же цели, но в гораздо меньших масштабах.
В своих собственных мыслях борзой даже не заметил, что на него был брошен интересующийся взгляд, но в скором же времени и отведён. Однако это его мало волновало, ведь пёс уже подошёл к своей цели, гордо сделав глубокий вздох, чтобы выглядеть более внушающим, а затем начал говорить.
- Могу я поинтересоваться, почему миледи скучает? – с лёгким отголосков лукавых искорок в голосе произнёс он. - Без хозяина, да ещё и не заняты приготовлениям к выставкам... Не выглядели бы вы так прекрасно, вас можно было с лёгкостью перепутать с дворнягой, – последнее слово было произнесено так, словно бы ничего не значило. Просто выплюнуто лишь потому, что оно пришлось к месту. - Но им не присущ такой элегантный вид, замечательная шерсть и привлекательные черты морды, – после этого момента Персиваль понял, что совершил величайшую ошибку. Он осёкся. Это было его промашкой, которую срочно нужно было исправить. - Из лучших побуждений, разумеется, – едва ли не заурчав, произнёс он, стараясь сгладить этот маленький нюанс. – Эх, где мои манеры? – усмехнулся кобель. - Право слово, я сегодня не в духе. Но уверяю вас, такого больше не повторится. Ведь я очарован той красотой, что исходит от вас, – борзой сделал вид, что всё идёт по плану, после чего ожидал ответа от своей «дамы сердца».
Она определённо была прекрасна. Но что представляла из себя эта особа внутри, с другой стороны?
Самое ужасное предположение Персиваля граничило едва ли не с безумием, но его поглощал страх, что такая самка может лояльно относиться к уличному отребью. Если такое случится, это разрушит всё. Но если эта глупая мысль лишь выдумка пса и не более, то в лапах пса окажется прекрасное и сильное создание, которое будет не только разделять его взгляды, но и радовать глаза своим присутствием, ведь найти такое сокровище в нынешней толпе, преисполненной всех, кто лишь носит название «домашний», настоящий подарок. И это должно что-то значить.
Кажется, впервые за последнее время судьба благосклонна к борзому.

Отредактировано Персиваль (2015-08-16 23:22:47)

+1

14

Погрузившись в свои раздумья я на мгновения закрыла глаза и уже, вероятно, смогла открыть их лишь тогда, когда мужской голос раздался у ушей. Дико клонило в сон, причем ни с того ни с сего, может это просто едва заметный теплый ветерок приглаживал меня, как легкие касания руки хозяина, когда он не хочет потревожить дремоту. Открыв глаза и подняв взгляд я увидела перед собой того самого борзого, на которого еще недавно смотрела издалека.
Признаться, вблизи он был еще более красив, нет, даже прекрасен. Белоснежная шелковая шерсть, гордый стан, отличная поступь рысистого жеребца, выделяющиеся карие глаза. Все это дополнял приятный мне на слух голос. Невольно мне пришлось приподнять голову и смотреть на пса снизу, ведь даже лежа на лавке я была ниже его. Разговор из такого положения вышел бы не вежливым, потому мне пришлось весьма торопливо сменить положение, пришлось лечь на лапы и выпрямиться в лежачем положении. Теперь наши морды были почти вровень, да и положение удобное.
- Я не совсем скучаю, просто предаюсь раздумьям. - спокойно и, даже можно сказать, тихо ответила я. Но следующую его фразу оставить без внимания я не могла.
- Меня, с дворнягой... - это меня разозлило, и потому фраза вырвалась полушепотом, со слегка гневными нотами. Как бы дальше не оправдывался этот пес, стараясь выправить ситуацию, мне хотелось откусить ему хвост за подобные сравнения.
Одернув себя от таких мыслей, неприемлемых для собаки моего статуса, я продолжила беседу
- Спутали меня с дворнягой? Хм, а у вас странный город. Тут много псов, хотя нет, бездомных кр...- снова я осекла себя - неспособных обеспечить себе достойные условия, но путать меня с ними - это величайшее оскорбление. - сделав паузу я слезла со скамьи, и сделала пару шагов по направлению дороги для людей. При прыжке с ипровизированного подиума тонкая цепь на шее издала подобающий звук "звяньк", ударяясь об обознавательный жетон.
- Я собака из элитной семьи, мне позволено отлучаться ненадолго в одиночку. Мой человек способен обеспечить мне вольготные условия. Я не дворовый пес, но и не выставочная кукла. Неужели я настолько омерзительна для вас, что вы сравнили меня с оборванцем с улиц? - через голос проскакивали крохи обиды, а во взгляде можно было разглядеть даже надежду, что этот кобель сейчас исправит свои слова, да хоть что-нибудь сделает. Я через чур чувствительна и эмоциональна, скрывать свои чувства сложно. Собеседник был не в духе, но нельзя же срывать свое плохое настроение на незнакомой девушке.
В моем взгляде читалось что-то странное. Не схожее со злобой или обидой, осуждением, нет. Это было что-то еще, не более серьезное. Все же этот кобель вызвал во мне интерес, да и никто давно с такой вот легкостью со мной не заговаривал.
- Я не из здешних мест, а потому не знаю, как у вас относятся к дворнягам, но у нас подобное сравнение можно было с лихвой счесть за оскорбление. Простите мою горячесть, я просто ляпнула на вас не подумав. -
Так уж вышло, что похоже в неловкой ситуации оказался не только белый прекрасный борзой, но и я сама. Из-за эмоций я оказалась к нему спиной, что было минимум не вежливо. И меня это заботило. На удивление очень. Раньше я бы и не задумалась над своим поведением, отцапала бы ему хвост по быстрому и ушла с гордоподнятым обрубком своего. Но сейчас что-то во мне пошло не так. Может это связано с решением начать все с нуля? Или же просто смена обстановки, незнакомое окружение и его обитатели. Или же... Дело в самом кобеле? Мне повезло, что смятение и еще гору других эмоций на моей морде нельзя было рассмотреть со спины, чем я и воспользовалась быстро беря себя в лапы. На пару секунд зажмурилась, будто бы холодной водой окатили, и слегка съежилась от стыда за себя саму. Косточки хозяйские, что я творю. Почему я столь глупа, что не могу даже нормально поговорить с незнакомцем. Нужно собраться, а может дело не во мне?
ДА ЧЕРТ, хватит думать! Взяла себя в руки и успокоилась. Этот кобель не тот, кто может вывести тебя из равновесия.

+1

15

Яд.
Слова этой дамы посыпались на Персиваля как самая настоящая отрава. Говорить в таком тоне… с ним? О, нет-нет, это глупость, ошибка и заблуждение.
Пустышка, - только и сделал для себя вывод борзой. – Нетактичная, грубая, неотёсанная и… агрессивная,- где-то в отголосках сознания черти уже плясали свой исполинский танец, сверкая клыками от радости. Ведь они нашли искомое. То, что подходило больше остальных. Что стало основоположником новой надежды. – Великолепно.
Он был доволен. Определённо доволен тем, кого сейчас видел перед собой: агрессивно настроенную по отношению к дворнягам особь. И это было феерично. Ради этого стоило начинать знакомство. Ведь после такого весь интерес к прекрасной даме забушевал с новой силой. Она была красива, сильна и специфична. В этом стоило искать «изюминку». И, конечно же, оставаться душкой с аристократическими манерами, которые сейчас и хотел показать кобель. Чуть взбодрившись и обрадовавшись тому, что сейчас начало происходить, он взбодрился, вместе с тем наблюдая за сменой положения его музы.
- Оу, я был крайне груб с вами. Конечно же, сравнить кого-то весомого здесь с дворнягой – это величайшее оскорбление. Но то, о чём говорил я, было лишь к слову. Местная, позвольте выразиться пафосно, элита, не гуляет в одиночестве. В городе полно уличного отребья. Далеко не слишком одобрительно настроенного по отношению к нам, – Персиваль сделал глубокий вдох, выражая этим весь трагизм ситуации. - Кто знает, что может прийти в голову этим глупым, завистливым и вонючим созданиям. Они и на крупицу не похожи на нас, не понимая всего изысканного, живя глупостью и выдумками, пребывания в погоне за отходами в помойках. Это бич здешних мест, – пёс старательно пытался выглядеть страдальцем в этой ситуации, но каждый раз желание сделать этот мир чище лишь с новой силой разгоралось где-то внутри него. И это давно переросло в бушующую стихию, которую уже не остановить.
Но как же обрадовал борзого тот факт, что его прекрасная Богиня не здешняя. И это многое объясняло. В том числе, всё ещё непонимание сложившейся ситуации. Которую, вовремя прибрав к лапам, можно было направить в нужное русло. Нужно лишь найти подход, который представитель домашних так активно пытался найти.
- А извиняться вам не за что, поверьте. Вы ни в чём не виноваты. Ни передо мной, ни перед обществом. Наоборот, оно будет благодарно такой прекрасной даме, если она поможет ему стать чуть опрятнее. Совсем немного. Ему просто необходимо стать чище. Поверьте, без дворняг здесь будет куда приятнее. В конце концов, они ведь всего лишь дикие, глупые и неотёсанные создания. Кому может быть дело до таких?
- Если бы вы помогли мне, поверьте, я бы забыл всё то, что произошло с нами сегодня. Да и вы тоже. Мы бы могли начать всё с нуля. К тому же, я буду невероятно счастлив и польщён ещё раз познакомиться с такой очаровательной леди, но при других, более интимных обстоятельствах. К примеру, при совместной прогулке в общем дворе как-нибудь вечерком. Прогуляемся, покажем этим глупцам настоящую красоту наших пород, а вместе с тем и просто насладимся прекрасным ночным небом. Или вам по вкусу более экстремальное времяпрепровождение?
– голос Персиваля чуть колебался. Он подбирал слова, а вместе с тем и тон, которым нужно их произнести, собираясь придать ситуации толику романтики и благородства, которая сейчас его интересовала гораздо меньше, нежели в первые минуты общения.
Но узнать эту интересную особу ему всё ещё хотелось. Лишь для того, чтобы убедиться, что он не прогадал. Не сделал непростительный просчёт. Иначе это всё указывало бы на то, что он сделал ошибку, пребывая в такой глупой ситуации перед той, которая, по сути, может его и вовсе не интересовать. Всё же планов на семью или отношения у борзого сейчас совсем не было, но вот лёгкую порцию чувств, вкупе с театральной наигранность, он с радостью бы внёс в свою жизнь. Но лишь для того, чтобы разогнать кровь по венам, заставить её быть ещё жарче, опалять его огнём. Плюс ко всему, в светском обществе это будет неплохим поводом к обсуждению. Возможно, Персиваль даже откроет для себя новые возможности или же найдёт очередную пару тех, кто разделяет его мнение. Во всяком же случае, счёт открылся, хотя говорить о зачистке было слишком рано. Всё это пока что глупые планы, которые пылятся ещё на задворках. Но основа имеется, а это о чём-то, да говорит.
Да начнётся игра.
В голове кобеля звучал тон победителя. Тон того, кто, наконец, смог освободиться от этих глупых оков и предрассудков. Он не одинок в своих мыслях, у него есть первый единомышленник. И дальше будет больше. Но…
- Проклятье, – лишь пробубнил кобель, вырванный едва ли не из планов по завоеванию власти в буржуазном обществе и очистке его от тех, кто недостоин. Жаль лишь, что его хозяин, чей голос послышался издалека, считал совсем иначе. - Прошу простить, миледи, но мне пора. Кажется, Джонатан вернулся. И я вынужден его встретить, – пёс уже отошёл на пару шагов, собираясь бежать, как тут же остановился и решил закончить так неожиданно прерванную беседу. - Моё имя Персиваль. Где меня искать, вы также знаете. Думаю, мы ещё увидимся. Подумайте над моим предложением. И до скорого, – с этими словами борзой умчался в сторону соседнего дома, навстречу своему непутёвому человек.
Старт положен. Остаётся лишь ждать.

0


Вы здесь » Элита против Дворняг » Частные дома » Дом №5. Персиваль Вестминстер Эль Ганг и Теодор


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC